Я творю! Интервью с Юлией Колесник

Updated: Nov 1, 2020



Напротив меня сидела отличница. Уже по тому, как она достала из сумочки толстую тетрадь, положила ее на колени и сказала: «Я немного подготовилась к интервью и набросала заметки», - я поняла, что у этой приятной женщины в элегантном светлом брючном костюме точно была пятерка по поведению.

Итак, знакомьтесь! Юлия Колесник - конструктор одежды, технолог, мастер по театральным костюмам.


- Мы жили в Сочи. Меня воспитывала мама, бабушка с дедушкой помогали. Но когда мне исполнилось семь лет, дедушка скончался. И мы остались втроем: мама, бабушка и я. Работать могла только мама. Она и работала, в двух-трех местах одновременно. Только недавно ушла на пенсию. Ветеран труда! С раннего детства я была настолько восхищена мамой, как она работает, не покладая рук, что я всегда старалась учиться хорошо и во всем остальном тоже не доставлять маме никаких огорчений. Чтобы с моей стороны все было отлично.

По настоянию бабушки, она считала, что у меня должно быть музыкальное образование, я семь лет училась в музыкальной школе: скрипка и фортепиано.

Но на самом деле я хотела учиться в художественной школе. Мне очень нравилось рисовать, шить, создавать новые образы. Свою будущую профессию я связывала с модной одеждой.

Сочи - это город-праздник, все приезжают сюда отдыхать и везут с собой свои лучшие наряды. И мне тоже хотелось выглядеть нарядно и стильно. Но достать ничего было невозможно.

Однако в воздухе уже витал дух перемен, по телевизору начинали показывать дефиле ведущих мировых домов моды, в магазинах, пока «из-под прилавка», но уже можно было купить интересные ткани, фурнитуру... Как только музыкальная школа осталась позади, я поступила на годичные курсы кройки и шитья.

На этих курсах обучались, в основном, взрослые женщины, я была младше всех - восьмиклассница. Интересно, что у нас не было швейных машинок. Мы шили только руками. Обучались ручным стежкам и различным методам обработки одежды. Мы получали базовые знания по построению конструкций одежды, моделированию и технологии пошива.

И у меня изменилась жизнь! Как-то я вернулась с очередного занятия и сказала маме: «Теперь у меня никогда не будет такого момента, когда нечего будет надеть!»


- Неужели так бывает? Ведь чаще всего как - шкафы полны одежды, а надеть нечего!


- Я была наивной девочкой! - Юлия улыбнулась. - У меня по-прежнему бывают моменты, когда надеть нечего!


- А ты помнишь свою первую машинку?


- Конечно! Швейная машина появилась в нашей семье от дедушки, он привез нам этакую тумбочку – «Веритас», производства ГДР. Мама попыталась сшить что-то на ней, сломала иголку и с тех пор возненавидела шитье.  Но она всегда поощряла мое увлечение. Сама покупала для меня любые ткани, говорила: «Пробуй, если тебе нравится». Тогда был жуткий дефицит, но мама принципиально не покупала ничего с рук. Поэтому я сама конструировала и шила себе одежду. Начинала с журнала «Работница». В 5-м классе сама научилась шить на «тумбочке», то бишь «Веритасе». А летом после курсов кройки и шитья я поступила на свою первую настоящую работу - в швейный кооператив. До сих пор не понимаю, как меня взяли. Помню зарплату - 40 рублей в неделю.


- Бешеные деньги для пятнадцатилетней девочки!


- Точно!

Потом я поехала поступать в Москву, в текстильный институт, сдала все экзамены, но не прошла. Конкурс был бешеный. Начало 90-х. Появились первые конкурсы красоты, российские дома одежды плодились, как грибы. Все хотели быть моделями и дизайнерами одежды. Я вернулась в Сочи и совершенно случайно в газете прочитала, что в Адлерском училище открывается швейное отделение. Я немедленно поступила туда. Окончила с отличием и опять в Москву - в желанный институт. Поступила, но содержать меня было некому. Надо было работать. А в Сочи построили швейную фабрику с новейшим оборудованием, просто мечта. Я перевелась на заочный и устроилась на фабрику. В Москву приезжала три раза в год на 2-3 недели - сдавать сессии: зарплата сохраняется, проезд раз в год оплачивается, почему бы и нет?

В училище я получила огромный опыт, поэтому работа сначала в цеху, потом в лаборатории, затем - конструктором давалась легко, с удовольствием!

На Сочинской фабрике, как ни странно, мы шили женскую одежду не только для России, но и для Германии и Турции, видимо, тогда квалифицированная рабочая сила стоила совсем недорого. Нас строго контролировали, халтурить было невозможно.

В 90-х постоянно выставки устраивались: в больших отелях, экспоцентрах демонстрировались образцы швейных изделий для потенциальных закупщиков. Я часто участвовала в таких выставках со своими работами. Что только не шила: женскую и детскую легкую одежду, форму для служащих отелей. Был даже опыт конструирования школьной формы - готовила образцы.


- А как в твоей жизни появились театральные костюмы?


- В ГИТИСе, в Москве, была отдельная мастерская, которая шила театральные костюмы. Я просто, без блата, позвонила по объявлению в газете, и меня взяли. У меня был хороший опыт с сочинской фабрики, наверное, взяли поэтому. Честно сказать, сначала не очень понравилось: я привыкла к масштабу, мощному оборудованию, показам и т. д. Но все-таки запала в душу некая театральная магия: трепет перед премьерой,  корсеты, шляпки, перья, ах! Всего несколько месяцев мне пришлось там поработать, но любовь к театру и опыт остались со мной навсегда.

Ты знаешь, Вика, как создаются театральные костюмы? Сначала художник-дизайнер придумывает костюм. Он творец, а я - исполнитель его мечты, видения, замысла. Художник может создать лишь линию, силуэт, увидеть цвет. Бывали эскизы театральных костюмов, состоящие из нескольких линий. Штрихов. А моя работа - воплощение эскиза в ткань, фурнитуру. Я тот человек, кто конструирует мечту художника при помощи лекал, выкроек, швейной машинки и примерок. В больших театрах художник по костюмам работает вместе с конструктором-технологом: чтобы точнее была показана эпоха, стиль спектакля. Иногда приходилось вместе с художником бегать по магазинам в поисках нужных тканей. Для театрального костюма имеет значение все: освещение зала, например. Как будет смотреться костюм при том или ином освещении? Значит, надо правильно подобрать цвет ткани, форму костюма, чтобы у зрителей создавалось правильное настроение и, соответственно, впечатление от спектакля.









Synetic Theatre. Dante. “Inferno”. Photo: Koko Lanham

Костюмы Юлии Колесник




Я слушала Юлию и думала, что восемь лет работы с театром «Synetic» наложили свой отпечаток. Это театр пантомимы, движений, танца и музыки. Без слов. Конечно, значение костюмов для воплощения идей постановщиков трудно переоценить.






На примерке. Фото и дизайн А. Саймс.


- Юлия, а как ты познакомилась со своим мужем?


- Ой, это целая история! Не поверишь, но через маму.


- Почему не поверю? Многие мамы знакомят своих дочерей с потенциальными женихами, активно участвуют в их судьбе.


- Нет-нет, все было совсем не так. Опять сыграло свою роль печатное слово! В этот раз - журнал. Моя мама служила экономистом в телерадиоцентре. А мой будущий муж, Олег, он был тогда студентом МИФИ, - иногда отправлял свои статьи в журнал «Радио». Он увлекался УКНЦ - первыми советскими компьютерами, и его статьи часто печатались. Интернета еще не было, но существовала обратная связь через журнал: автор статьи - читатель.

И вот одним из таких постоянных читателей оказался сотрудник маминого телецентра. Он и Олег писали друг другу письма через журнал, так и познакомились. А тут я собралась в Москву на сессию, и этот мамин сотрудник попросил забрать у Олега книги.

Я даже помню эту картину. Была зима. Мы договорились встретиться на Краснопресненской. Он после работы, я после института. Я в полушубке из «чебурашки», длинные светлые волосы. Южная девушка - абсолютно замороженная. Я передала деньги, он – книги. Было очень темно, и Олег предложил проводить меня. В Москве я останавливалась в квартире у родственницы.

Олег довел меня до дверей и уже собирался попрощаться, как оказалось, что родственницы нет дома, она уехала к подруге с ночевкой - под дверью записка, а ключ я найти не могу. Перешерстила все, нет ключа. На улице ночь-полночь, Олегу давно пора в общежитие, но не бросишь же замороженную сочинскую девушку на улице. Я вспоминаю, что в Подмосковье живет дядя. Олег чуть не падает в обморок: в Подмосковье?! Ну ладно, провожу. Я иду звонить к соседям, снимаю обувь, и из сапога вываливается ключ! Олег через три ступеньки летел вниз от радости, что не придется провожать малознакомую девушку в Подмосковье.

Потом нам надо было встретиться во второй раз. Я носила линзы, что-то случилось, и они буквально присохли к глазам. Олег приглашает в кино, кафе, а у меня линзы от глаз не оторвешь - надо ехать к врачу. Ладно, вздохнул Олег и проводил к врачу. А на следующий день я вернулась в Сочи.

Другие люди знакомятся при каких-то ярких, романтических обстоятельствах, а мы вот так - потерявшийся ключ, присохшие линзы.

Олег родом из Украины, из Сумской области. Он очень одаренный человек, талантливый. Побеждал на всех олимпиадах, ему прочили легкое поступление в любой вуз, а он отправился служить в армию по убеждению. Отслужив два года, прямо в гимнастерке поехал поступать в Москву. Жил в общежитии, работал и учился. Потом встретил меня.


- Где вы поженились?


- Жених примчался в Сочи! Родители Олега прибыли из Украины (г. Ромны). Они, моя мама, ее сотрудники, в том числе и коллега, через которого мы с Олегом познакомились, мои подружки - вот и все гости. Свадьба была очень романтичной - прямо у моря. Затем поездка к Вечному огню и на гору Ахун – это местная достопримечательность, откуда открывается прекрасный вид на Черноморское побережье.

Однако здесь у Олега не было бы никакого роста в карьере. Сочи  - курортный город. Когда ему предложили работу в Америке, мы сразу засобирались. Ехали на год, мы абсолютно не готовились к эмиграции, то есть не уезжали навсегда. А вот взяли и остались.

В Америке родились двое наших детей: Лиза и Влад. Из Лизы получился потрясающий микс - компьютерные мозги папы и творческая натура мамы. Ее стихия - анимация. Получила стипендию для обучения, заканчивает университет. А Влад только начинает.

Когда приехали, английский у меня был никакой. Возникли связи с соотечественниками на работе мужа. Они посоветовали записаться на бесплатные курсы английского в церкви. Как-то на уроке мы рассказывали, кто чем занимается, и одна американка - прихожанка той церкви - мне сразу заказала платья для своих внучек-двойняшек. Это были мои первые деньги, заработанные в Америке. А потом понеслось, как снежный ком. Я шила костюмы для спортсменок: художественная гимнастика, фигуристки. Один из моих костюмов увидела хореограф театра «Синетик» (Synetic theatre) - Ирина Цикуришвили, чья дочка занималась гимнастикой. Так мы познакомились. Ирина искала конструктора-технолога для пошива костюмов к спектаклю «Кармен». Для Synetic theatre я создавала костюмы, эскизы к которым были написаны несколькими художниками, но особенно мне нравится работать с  Анастасией Саймс.




Эскиз Анастасии Саймс




Воплощение Юлии Колесник


Дизайнер Анастасия Саймс создает экскизы костюмов, как должны выглядеть артисты на сцене, а я это воплощаю в жизнь. Все надо учитывать. Чтобы освещение выгодно подчеркивало ткань, а не глушило, чтобы артистам удобно было двигаться и танцевать. И многое-многое другое.
















Сцены из спектакля Synetic Theatre “Tempest”. Экскизы костюмов - Анастасия Саймс. Фото Jonny Shryock


Еще я сотрудничаю с детским театром Аллы Фоксман – Amazing Fox Entertainment. Думаю, многим детям удалось побывать на ее красочных представлениях и спектаклях.














Театр «Amazing Fox Entertainment“. Дизайн и воплощение костюмов - Юлия Колесник


- Подтверждаю! Представления прекрасные, красочные, музыкальные, веселые! Мы с внуком Шишкиным побывали.






Театр Amazing Fox Entertainment. Костюмы к спектаклю «Волшебник Изумрудного города». Дизайн и пошив костюмов Юлия КолесниК. Фото Julia Misiureva


- Я очень рада, что мне довелось работать с этими талантливыми женщинами, мастерами и энтузиастами своего дела. В Америке театры не финансируются государством, поэтому бюджеты обычно небольшие, пополняются в основном за счет спонсоров и пожертвований. Особенно в этом, 2020 году, в связи с отменой представлений, театрам сложно держаться на плаву. Мои расценки для русских детских театров гораздо ниже, чем, скажем, для музея Hillwood. Но удовольствие, полученное от выступлений артистов в моих костюмах, не измеришь никакими деньгами!


Мы с Юлей засиделись в тот вечер. И вина выпили, и чаю. А когда Юлия собралась уходить, уже у двери, прощаясь,  попросила:


- Вика, напиши, пожалуйста, что Олег никогда не препятствовал моим увлечениям и работе в театре. Я, конечно, трудилась и на благо семьи, зарабатывала пусть небольшие, но деньги. Работала в Census Bureau, сейчас занимаюсь property management. Но именно во многом благодаря мужу, мой труд - всегда удовольствие для меня. Я творю!




В мастерской Юлии Колесник


Как вы думаете, что было написано в заметках в той Юлиной тетради? А написано было: «Не забыть рассказать о том или о тех, упомянуть прекрасных друзей, художников и режиссеров, с которыми пришлось работать». Благодарность - это прекрасное качество и многое говорит о характере человека.




224 views0 comments