Нечеховская чайка - 1  

Updated: Sep 16, 2019


Все совпаления случайны. Все имена изменены, но несильно. Вся история - выдумка автора, имеющая под собой некоторые реальные факты.


Глава первая

Хаотично пересекающиеся хромовые трубы под высоким потолком, максимум стекла. Стены, образующие острые углы, столы на металлических ножках, прозрачные пустые напольные вазы – осанна минимализму – произвели на Бэлу большое впечатление. Обычно IT-компаниям наплевать, модный дизайн у них или нет – главное, чтобы компьютеры были сверхновые и сеть сверхскоростная. А конференц-зал «Дистилкон», компании по защите от ботов, выглядел на удивление шикарно и сдержанно одновременно. «Пахнет большими деньгами», – подумала Бэла. Накануне неприветливая тетка из отдела кадров провела с ней интервью по телефону. А сегодня утром снова позвонила и поинтересовалась, не сможет ли Бэла подойти на беседу прямо сейчас, – у президента компании нарисовалось свободное время в первой половине дня. После вчерашнего разговора первой мыслью Бэлы было отказаться от интервью: уже наклевывалось тепленькое местечко в компании-гиганте, типа «Гугл»; но американская привычка использовать любой шанс победила.

И вот молодая женщина сидела в дорогом кожаном кресле на металлических ножках перед пустым стеклянным столом без единого пятнышка и всматривалась в лица двух мужчин напротив. Самым значительным украшением комнаты явно был главный менеджер компании. Таких Бэла называла «блистательный карьерист». Невооруженным глазом было видно, что он тщательно ухаживает за своей внешностью, наверняка женат (Бэла заметила кольцо на пальце) на красивой женщине, но не удовлетворен: такие всегда желают еще большего внимания и преклонения.

Президент представился как мистер Брей. Менеджер назвался мистером Позотти и тут же добавил с обворожительной улыбкой, блеснув невероятно белыми зубами:

– Для вас – просто Майк.

Интервью проводил мистер Брей. Бэла назвала его про себя «выходцем из Израиля» – рыжеват, лицо в редких веснушках, ближневосточные глаза навыкате, взгляд умный, проницательный. Молод («Тридцать восемь – сорок два?» – предположила она), одет небрежно – ни галстука, ни узких туфель. «В одежде раскрепощен, – думала Бэла, – небрежные манеры, никакого, даже малейшего намека на гендерные различия между нами, бесполые существа, одним словом, но как же, гад, въедлив в вопросах, слушает внимательно, видно, что вникает. А вот менеджер проекта - полная противоположность!»

Бэла перевела глаза на мистера Позотти и улыбнулась.

Интервью Бэла выдержала достойно и не удивилась, когда буквально на следующий день неприветливая тетка позвонила и сообщила, что мистер Брей готов отдать ей эту вакансию хоть завтра и она уполномочена от его, мистера Брея, лица обсудить зарплату, бонусы и бенефиты. Бэла приняла предложение, почти не торгуясь. Себя она очень ценила и никогда не стеснялась попросить за свой труд высокое вознаграждение, отпуск и кабинет побольше, а отчисления с зарплаты по медицинской страховке поменьше, но щедрое предложение Брея даже ее сразило наповал.

Бэле самой пришлось прогрызать себе путь наверх - помощи от мамы, растившей ее одной, ждать не приходилось. Страну, в которой Бэла родилась, выросла и получила первое высшее образование, сотрясали тогда еще мирные «майданы». Возвращаться обратно после получения второго высшего, став «мастером в бизнесе», Бэла не собиралась, поэтому пришлось быстренько сходить замуж – воспользоваться самым надежным способом получения вида на жительство в США. Бывший муж оставил смутные воспоминания – промелькнул в ее биографии лежащим на диване с банкой пива, отрыгивающим и отпукивающим. «Фу!» – думала о нем Бэла и передергивала плечами, когда случайно вспоминала. Мавр, тем не менее, сделал свое дело. И должен был уйти.

С момента развода Бэла находилась в интенсивном поиске спутника жизни. Претензии соответствовали ее положению в американском обществе. Сначала скромные, но с карьерным ростом росли и запросы. И когда Бэле стукнуло сорок, оказалось, что ей подойдет только президент какой-нибудь успешной компании или, на худой конец, наемный директор, и уж совсем в крайнем случае – ведущий менеджер главного проекта. Если потенциальный муж, на которого падал взгляд Бэлы, уже находился в браке, молодую женщину это не смущало и не останавливало. Чем старше становилась Бэла и чем выше поднималась по ступенькам социальной лестницы, тем меньше оставалось табу.

В первый рабочий день, когда Бэла появилась в кабинете у руководителя проектов мистера Позотти, тот вышел из-за стола, на ходу застегивая пуговицы на пиджаке. «Hugo Boss, – отметила Бэла. – Средней паршивости». Позотти пожал Бэле руку, улыбнулся, пригласил сесть.

– Считайте мое рукопожатием поцелуем, – пошутил он. – Я хорошо воспитан, но современная офисная этика... Увы! Строга!

И он закатил глаза к потолку.

«Кокет», – Бэла мысленно улыбнулась.

– Что предпочитаете? Кофе сначала или пойдем знакомиться с отделом?

– Благодарю. Кофе я уже выпила. Мечтаю скорее познакомиться с отделом, – Бэла тоже взяла игривый тон и покачала ногой в изящной туфельке. Вчера она сгоняла в «Тайсон Гэлери» и приобрела строгий офисный костюм с юбкой-карандашом от Армани и туфли на средней шпильке, как того требовала официальная корпоративная этика.

В отделе Бэлу встретила руководительница департамента по продажам – отпрыск союза немки и афро-американца из черного гетто Вашингтона, потрясающе красивая мулатка с игривым именем Берри (Ягодка). «Ей бы на сцену или в кино, а не весь день у компьютера!» – Бэла всегда замечала красоту, и мужскую, и женскую. Берри протянула обе руки, приобняла Бэлу. «Зачем она прилизывает и укладывает свои шикарные, вьющиеся мелким бесом волосы, – отвечая на объятие, подумала Бэла, – ах, если б у меня были такие!»

Берри стрельнула глазами в Майка, и Бэла уловила их немой разговор: «Почему ты взял на работу красивую женщину?» – «Это не я, дарлинг, а идиот Джейкоб!» Европейские глаза на шоколадном лице Берри сузились до щелочек, она улыбнулась и тихо сказала:

– Добро пожаловать в компанию!

«Гадюка!» – подумала Бэла и ответила на приветствие самой своей обворожительной улыбкой.

Молодая женщина более пятнадцати лет крутилась в компаниях, предлагающих услуги в сфере высоких технологий, не одну собаку съела на правильном построении бизнеса и отношений внутри корпораций и между, завела кучу нужных связей, так что, приняв очень заманчивое предложение от мистера Брея, немедленно позвонила давнему другу Сергею, выпускнику Московского физтеха, который свалил в Америку еще в 90-х. Этот старый сплетник, будучи рекрутером высокого полета, знал подноготную всех сотрудников больших и малых IT-компаний, подвизавшихся у кормушки столичного Department ofDefense. Бэла называла друга «великий и ужасный Гудвин», потому что тот знал и умел, кажется, все.

– Ооо, девочка, беги оттуда! Гнилая контора! – заявил Сергей, едва услышав название компании. –--Там чувства правят балом!

- Как это?

– Ну смотри. Джейкоб Брей и Майк Позотти – дружбаны еще с подросткового возраста, из одной мидл скул, а значит, с прыщей и гормонов. Вместе от «лучше правой руки ничего нет» до настоящего секса. В колледже к ним присоединилась Берри, а общество жужжит, что у девушки характер чайки: здесь нагадила и полетела дальше.

– Как-то неромантично ты про чаек!

– Милая, забудь Чехова и Ричарда Баха. Кстати, обратила внимание, что Джонатан Ливингстон, то бишь чайка, у Баха мужского рода? Так и есть. Чайки – баскетболисты по натуре. Однажды в Сан-Диего вышел в обеденный перерыв к океану, развернул пятиэтажный бигмак. Даже откусить не успел. Наглая тварь схватила и унесла вдаль в клюве!

– Чайка, что ли? Блин!

– Так вот, наша Ягодка упорхнула из шведской семьи Джейкоб-Майк к Судипу, тоже закадычному другу по колледжу, а в настоящее время – топ-менеджеру твоей компании, индусу, родившемуся в Лондоне. С «лошадиной» фамилией. Шучу, но их индусские фамилии только победители по произнесению слов могут запомнить.

– Сейчас он мистер Квин. Сократил до удобоваримой, видимо.

– Серьезно? Блин, а я мучился, запоминал. Хорошо, что не мистер Бин.

– А что-то есть, – засмеялась Бэла, – он веселый.

– Ну да. Один умный, другой красивый, а третий – веселый. Классическое сочетание, и каждый выполняет определенную функцию. Джейкоб – мозг, так сказать, он придумал, подал идею, организовал. Но какой бы бриллиантовой идея ни была, ее надо превратить в товар, донести до потенциального покупателя и продать. Здесь Майку равных нет. Он даже пустую банку от колы продаст как полную. Почти Остап Бендер, но замашки сутенера его портят. А Судип – изобретатель. Для его ума нет преград. Он экспериментатор, революционер. Для него нет ничего невозможного. Любую идею он превратит в продукт, который можно увидеть, потрогать, применить. Хотел бы я иметь парочку таких Судипов у себя в компании.

– Так почему компания гнилая? Ты нарисовал шикарную картинку.

– Потому что есть еще Берри. Не хочу выглядеть сексистом, но я против женщин на корабле. Особенно в окружении мужчин традиционной ориентации.

– Шерше ля фам!

– Именно! Вот смотри. Берри порхала по постелям друзей, как тот еще мотылек, а потом раз... и замуж вышла за простого парня с бооольшим потенциалом в политике. А то, что она – черная, помогло ему на выборах, и теперь он второй человек в Department of Defense, а это долгосрочные контракты. Берри порхала не только по постелям, по компаниям тоже. Все ее хотели с таким мужем. Естественно, старые дружбаны тире половые партнеры подсуетились и отправили на свидание с миссис Выгодный контракт самого красивого – Майка.

– Моего непосрественного начальника, – задумчиво сказала Бэла.

– Именно! И Майк заполучил ее, – Сергей рассмеялся. – Но не будем спекулировать насчет сексуальной близости, мы свечку не держали.

– Там явно что-то есть, – подала голос Бэла. – Такими взглядами только любовники обмениваются.

– Или старые любовники, у которых секс перешел в стадию крепкой дружбы.

– А такое бывает?

– Бывает, моя девочка! Особенно у женщин! – заявил Сергей и отключился, оставив Бэлу в большой растерянности.

71 views0 comments

Recent Posts

See All